Феномен Richard Mille

Согласно недавнему рейтингу компании Deloitte, бренд Richard Mille оказался на втором месте самых быстро растущих люксовых брендов, показав с 2017 по 2020 год среднегодовой темп 44,7%. Хотя за последний год продажи часов марки упали на 12,4%, это не умаляет позиций Richard Mille в мире часового luxury.

Эти часы нравятся большинству миллионеров обоих полушарий, причем, высокая цена не смущает, а скорее даже оправдывает самые дикие фантазии дизайнеров бренда. Наиболее характерным примером может служить коллекция Bon Bon 2019 года, возмутившая многих часовых пуристов. Женские трехстрелочники, внешне действительно напоминавшие леденцы и ириски, легко находили своих почитательниц за сотни тысяч франков.


Ришар Миль и Доминик Гена

В чем секрет популярности Richard Mille? На этот вопрос ответить не так просто, но, если уложиться в одно предложение, то, можно сказать, что этот бренд учел все ошибки Franck Muller. Например, не пытался состязаться с историческими домами на поле чистой механики, а изобрел свой стиль – «высокотехнологичную механику», где соединил классические усложнения с космическими технологиями. У Richard Mille не встретишь вечников, репетиров, трехосных турбийонов и вообще ничего сложного и хрупкого. Упор делается на противоударность и высокопрочные материалы и конструкции, что позволяет назвать часы бренда «G-Shock для миллионеров».

Также у Richard Mille есть своя мануфактура, но бренд ей не кичится. Между прочим, фабрика Montres Valgine, принадлежащая партнеру и сооснователю компании Доминику Гена уже в четвертом поколении – одна из самых известных производителей механизмов и корпусов в Швейцарии, и с нее началась история марки. В 1999 году объединились дизайнерский и маркетинговый талант Ришара Миля, до этого много лет работавшего в парижском доме Mauboussin и Доминика Гена, у которого была фабрика и связи в швейцарском часовом сообществе, но не хватало мощного импульса, чтобы запустить бренд «нового часового люкса». Третьим компонентом стала мануфактура усложнений APRP Доминика Рено и Джулио Папи, которая с тех пор неизменно отвечает за конструкцию турбийонов и прочих престижных механических устройств – у Richard Mille на APRP есть собственный департамент, который занимается только их разработками.

Наконец, Richard Mille изначально сделал ставку не на собственном пиаре, а на сотрудничестве с известными клиентами. Можно сказать, свой уникальный стиль Ришар Миль нашел в 2004 году, когда первым посланником бренда стал легендарный бразильский гонщик Фелипе Масса. Он попросил сделать для него часы, которые бы сочетали сложную механику и экстремальные характеристики защиты и легкости, чтобы их можно было надевать во время гонки. Первый турбийон RM 006, который Масса надевал во время Гран-при «Формулы-1», весил 48 грамм. Через год он получил еще более облегченную модель, вошедшую в историю часостроения – RM 009 Felipe Massa Tourbillon весом 29 грамм (без ремешка). Механизм был сделан из сплава алюминия и лития, а корпус изготовлен из аэрокосмического сплава ALUSIC (алюминий с карбидом кремния), который впервые был применен в часовом деле.

С тех пор это стало звездной формулой Richard Mille. Первое: создать часы для известного персонажа или компании: в коллекции бренда можно встретить имена как великих спортсменов (Рафаэля Надаля, Пабло Макдоноу и так далее), так и гоночных брендов McLaren и Ferrari. Второе: позаимствовать в модной инновационной отрасли какой-то материал или технологию. Компания стала пионером в области карбона и кварца, механизмов, подвешенных на тросах, и даже первой использовала в часах такие экспериментальные материалы как графен. И, наконец, третье правило – только лимитированные серии. Жонглируя модными именами и технологиями, вполне можно себе это позволить.

И не в последнюю очередь надо упомянуть дизайн. Если Franck Muller придал новую жизнь «бочке» ар-деко в конце ХХ века в своем корпусе Cintree Curvex, то Richard Mille изобрел «бочку» заново. И сейчас многие пытаются его догнать, в том числе и FM со своей новой концепцией Vanguard. Многие копируют и знаменитые винты на безеле, к которым будто бы нужен свечной ключ. Но Richard Mille первым их придумал.